Пипал (Ашваттха)
Дерево, у которого никогда не бывает спокойна листва: даже в безветрие сердцевидные листья дрожат на длинных черешках, будто перешёптываются. На санскрите его зовут ашваттха, и это имя дважды выходит на первый план. В «Бхагавад-гите» Кришна перечисляет, чем Он выделяется среди всего сущего, и из деревьев называет Себя ашваттхой. А во Врадже, когда гопи, потерявшие рассудок от разлуки, ищут ушедшего Кришну по лесу, они бросаются с расспросами к самым рослым деревьям – и первым из них назван пипал.
Дерево во Вриндаване
В разгар раса-лилы Кришна исчезает, и гопи, потерявшие рассудок от разлуки, мечутся по лесу, выспрашивая о Нём всё живое. Первыми они окликают большие деревья:
dṛṣṭo vaḥ kaccid aśvattha
plakṣa nyagrodha no manaḥ
nanda-sūnur gato hṛtvā
prema-hāsāvalokanaiḥ
«О ашваттха, о плакша, о ньягродха! Не видели ли вы сына Нанды? Он украл наши сердца своими любящими улыбками и взглядами – и ушёл».
Три дерева трёх богов
Начинают гопи с самых рослых: эти деревья выше прочих, рассуждают комментаторы, и могли увидеть Кришну издалека даже с большого расстояния.
Есть у выбора и второе объяснение. Нараяна Бхатта Госвами и Вамшидхара Пандит говорят, что три названных дерева – обители трёх богов: ашваттха, то есть наш пипал, принадлежит Вишну (Кришна Сам назвал это дерево Своим в «Гите»), плакша, она же пилькхан, – Шиве, а ньягродха-баньян – Брахме. Шрила Санатана Госвами это мнение приводит, но тут же оговаривает: гопи, обезумевшие от разлуки, ни о чём подобном не думали – они окликают деревья просто как вайшнавов, каждое по имени и с почтением1.
Ответа они не дожидаются. Деревья молчат, и, по словам Шрилы Вишванатхи Чакраварти, гопи машут на них рукой – «довольно с этих, с мелкими плодами, не знающих, что такое помогать другим», – и бегут дальше, к тем, что стоят в цвету.
Узнают пипал во Врадже по дрожи листвы. Шрила Джива Госвами в «Гопала-чампу» рисует, как Кришна с пастушка́ми и матерями впервые входит в лес Вриндавана и все на ходу принимаются узнавать деревья, будто в игре вопрос-ответ: «– А что это за дерево, у которого без конца дрожат все листья? – Это пипал. – А то, что рождает мириады почек? – Удумбара. – А с длинными космами? – Баньян»2.
А деревья Враджа в поэзии Госвами – сами великие преданные. Шрила Санатана Госвами в «Брихад-бхагаватамрите» говорит, что пипалы и другие деревья по берегам рек раздают тень и плоды всем без разбора, как щедрые старейшины благородного дома, а сами роняют слёзы – сочащийся сок, – потому что им не досталось нектара уст Кришны3.
Лист ашваттхи в поэзии Враджа
Больше всего поэты Враджа полюбили у пипала лист. Шрила Рупа Госвами прикладывает его к животу Кришны, описывая в «Бхакти-расамрита-синдху», как из отрочества проступает Его юная краса:
tundaṁ vindati te mukunda śanakair aśvattha-patra-śriyaṁ…
«О Мукунда, живот Твой мало-помалу обретает красоту листа ашваттхи; шея, о лотосоокий, отмечена тремя линиями, как раковина…»
Сравнение держится на двух вещах: поджарый живот подростка и вправду похож очертанием на лист пипала, а тонкая линия волосков на нём, ромавали, ложится, как черешок к листу. И живот этот чуть заметно ходит от дыхания – как ходит на ветру пипаловый лист. Тот же образ Шрила Кришнадаса Кавираджа Госвами переносит на Радху в «Говинда-лиламрите», а Шрила Джива Госвами – в «Гопала-чампу».
Поклонение
Пипалу в Индии кланяются каждый день, и у обычая есть своё имя: словари зовут пипал чайтья-врикшей, «деревом при святилище». Само чайтья идёт от погребального кургана и значит святыню – ступу, алтарь, место поклонения при деревне; и дерево такое тоже деревенское: растёт у домов, почитается жителями, в нём видят обиталище богов и якшей, а рубить его нельзя.
Почему кланяются именно ашваттхе, объясняют вайшнавские своды. Шрила Санатана Госвами в «Хари-бхакти-виласе» приводит слова Самого Господа из «Хари-бхакти-судходаи», где Он называет пять Своих тел в этом мире:
tīrthāny aśvattha-taravo gāvo viprās tathā svayam
mad-bhaktāś ceti vijñeyāḥ pañca te tanavo mama
«Святые тиртхи, деревья ашваттха, коровы, брахманы и Мои преданные – знай их как пять Моих тел».
Отсюда и обычай обходить пипал, кланяться ему, помнить о нём. «Сканда-пурана», которую цитирует Шрила Рупа Госвами в «Бхакти-расамрита-синдху», ставит ашваттху в один ряд с туласи, амалаки, коровой, брахманом и вайшнавом: поклонение им, поклоны и памятование о них снимают с человека груз грехов4. Шрила Джива Госвами поясняет коротко: ашваттха достойна поклонения, потому что она – вибхути Господа.
Идёт лист пипала и в само служение Божеству: на нём подносят Господу Мадхаве, и тому, кто делает это изо дня в день с преданностью, «Хари-бхакти-виласа» обещает заслугу подношения десяти тысяч лотосов5. А ночное бдение в честь Хари в месяц Картика, по тому же своду, можно совершать «в храме Вишну или Шивы, либо под корнем ашваттхи, либо в рощах туласи».
И в молитве дерево названо одним из обликов Господа. Шрила Санатана Госвами в «Кришна-лила-ставе» кланяется Кришне через череду Его обличий в этом мире:
namo brāhmaṇa-rūpāya nija-bhakta-svarūpiṇe
namaḥ pippala-rūpāya go-rūpāya namo ’stu te
«Поклон Тебе в облике брахманов, в самом облике Твоих преданных; поклон Тебе в облике пипала, поклон в облике коров».
За пределами Враджа
За Вриндаваном с пипалом связана другая память – об уходе. У этого дерева Кришна проводит последние мгновения перед возвращением в Свою обитель. Уддхава, придя проститься, застаёт Господа сидящим под юной ашваттхой:
vāma ūrāv adhiśritya dakṣiṇāṅghri-saroruham
apāśritārbhakāśvattham akṛśaṁ tyakta-pippalam
«Положив правую лотосную стопу на левое бедро и прислонившись к юной ашваттхе, Он сидел – оставив плоды пипала, но исполненный блаженства».
Дерево, что не простоит и до завтра
Шрила Вишванатха Чакраварти Тхакур вычитывает в этой картине целую притчу через само имя дерева. Ашваттха – от на швах тиштхати, «то, что не простоит и до завтра»: так называют бренный, вещественный мир. Кришна прислонился к нему спиной, то есть отвернулся от преходящей вселенной; а слова «оставив плоды пипала» (тьякта-пиппалам) значат, что Он завершил Свои игры здесь и оставил всякое чувственное наслаждение. Словари и вправду дают у пиппалы, кроме самого дерева, ещё два значения: «ягода» и «чувственное наслаждение». То же дерево встречает Кришну и в конце Одиннадцатой песни: колесничий Дарука находит Господа отдыхающим у корня ашваттхи, в сиянии Его оружия, и со слезами падает Ему в ноги.
Через «плод пипала» в шастры входит и знаменитый образ двух птиц. Веды говорят о двух птицах-друзьях, что сидят на одном дереве пипала: одна вкушает его сладкие ягоды, другая, не вкушая, лишь смотрит на подругу. Это душа и Сверхдуша: живое существо, поглощённое плодами своих дел, и Господь рядом, что не ест, а безмолвно наблюдает. Тот же стих поминают и там, где Шри Чайтанья Махапрабху разбирает с Сарвабхаумой Бхаттачарьей, чем Владыка энергий отличается от того, кто этим энергиям подвластен6.
А в пятнадцатой главе «Гиты» само мироздание предстаёт огромным деревом ашваттха, только вывернутым: корни его – вверху, ветви растут вниз, а листья – это ведические гимны7. Дерево это на вид нерушимо, и срубить его, по словам Кришны, можно лишь оружием отрешённости.
Стоит оговорить одну тонкость перевода. В санскрите здесь стоит ашваттха, то есть пипал, а русские издания «Гиты» передают это слово как «баньян» – и комментарий Шрилы Вишванатхи Чакраварти объясняет почему: ашваттха названа там «особым видом баньянового дерева». Ботанически это и вправду родня, оба фикусы; но дерево, о котором говорит стих, – пипал.
Аюрведа
Аюрведа относит пипал к млечным фикусам – тем самым деревьям с клейким соком, что и баньян с удумбарой; Сушрута собирает их в сбор ньягродхади, которым лечат застарелые язвы и женские недуги. Вкус коры вяжущий и сладкий (кашая, мадхура), сила охлаждающая (вирья шита), послевкусие острое (випака кату) – сочетание, которым унимают капху и питту. В дело идут кора и молодые побеги, листья, плоды-фиги и млечный сок: ими лечат кожные болезни, застарелые раны и воспаления во рту. Классические перечни трав ставят листья пипала в разряд съедобной зелени (шака), а само дерево ценят как средство долгой жизни: его сажают и берегут у домов и храмов.
А вот зубная палочка из ашваттхи – дело не обиходное, а обетное. Своды называют её для считаных дней: в месяцы маргаширша, пауша и джьештха, при обетах Кришна-аштами и Ананга-трайодаши. Для ежедневной же данта-каштхи «Хари-бхакти-виласа» велит брать ветку дерева горького или вяжущего вкуса – и ашваттху из этого списка прямо исключает.
Ботаника
Ботаники знают пипал как Ficus religiosa – родича баньяна, пилькхана, удумбары и фикуса Кришны. Родина его – Индийский субконтинент, от Пакистана и Непала до Ассама и Бангладеш, а восточнее Мьянма и Малайский полуостров; по остальной Юго-Восточной Азии дерево разошлось уже с людьми. Ствол вырастает до трёх метров в поперечнике. В сухую пору пипал сбрасывает листву, но не всюду и не до конца: справочники зовут его то листопадным, то вечнозелёным. Молодые листья часто выходят розовыми, потом отливают медью и только затем зеленеют; взрослый лист кожистый, с длинным вытянутым кончиком. Плод – небольшая фига, зреющая от зелёного к пурпурному. Часто пипал начинает жизнь полуэпифитом, прорастая на другом дереве, но, в отличие от прочих фикусов-душителей, чужой ствол снаружи не обвивает: его корни входят внутрь и со временем разрывают опору изнутри. Живёт он необычайно долго – называют и три тысячи лет с лишним, – а за одним деревом стоит и точная дата: ланкийскую Джая Шри Маха Бодхи посадили около 288 года до нашей эры, и ей больше двух тысяч двухсот лет. Под пипалом Будда обрёл просветление, отчего дерево зовут ещё бодхи-врикшей, «деревом пробуждения».
